Архив:Автобус 410: альтернативное повествование

Материал из Noobtype — единственного источника Истины во Вселенной
Перейти к: навигация, поиск
Графомания
Автобус 410 оригинальная историярассказ от имени девушкиальтернативное повествованиесатира • … • байки
ЮВАО-тян и СЗАО-тян оригинальная историяпродолжениепредыстория UvaoprojectBAD END #42история, хyлиА вот вам и история • … • разное
Пионерлагерь «Совёнок»:  Первое описание характеров для эрогеПОКNНЬ УТRН? • …
Коллайдер-сама Ждать оставалось недолго • …
Жестокая голактека оригинальная историяистория о разумных крейсерах • …
История Ычана Бесконечное Летоо Соркеполиция Ычанаособняк с привидениями • …
Пьесы про город Ычан:  Сегодня на втором каналеПечальная судьба Гы и ХыБремя олдфагаПисака И РисовакаКриволанус и непотребства • …
Разное:  Архив:история о СырноКоллективная ВН по Тохо



Автобус 410: альтернативное повествование
Изображение в треде: 
410 alt.jpg
Место публикации:  http://iichan.ru/b/
Доступно в архиве:  http://iichan.ru/b/res/802176.html
Статус:  тред уже мертв


Анонимус Сб 29 августа 2009 17:46:21 №802176
Стук. Меня потряхивает. Вверх-вниз, вверх-вниз. В голове – плотный, мягкий туман, приносящий успокоение моей душе. Я лениво открываю глаза и вижу кресло. Рядом – еще одно. Ряды кресел с одинаковой кремовой обшивкой. На них – усталые, нервные люди. В основном – старики. Автобус. Я в автобусе. За окном – тьма. Автобус в тоннеле.

Я разминаю шею. В голове беспорядок. Память похожа на яичницу, а мысли разваливаются, едва возникнув. Я странно одет – белые брюки, белая сорочка, белые туфли. Меня раздражает излишнее количество белого цвета. И не только я один так одет – все обитатели автобуса тоже облачены в доведенный до состояния ткани снег. Или нет?

Я замечаю проводницу. Невысокую, неприметную брюнетка. Одета в голубую униформу, как, например, у стюардесс. Она тихо говорит что-то усталой, на грани срыва старушке. Я не слышу что, но слышу звучание голоса – приятного, успокаивающего. Память немного проясняется.

Я не садился на этот автобус. Что я здесь делаю?

Я не могу ответить себе. Туман в голове рассеивается, и я начинаю нервничать. Лезу в свои карманы. Там пусто. Я смотрю по сторонам. Ко мне подходит проводница и спрашивает, все ли в порядке.

Я не выдерживаю.

  • Где я?

Я говорю это странным голосом. Наверное, она меня приняла за психопата. Но мне все равно.

  • В автобусе, сэр. Номер – 410.

Это очевидно, дура.

  • Куда он едет?
  • В Чистилище, сэр.

Анонимус Сб 29 августа 2009 18:09:37 №802218
Я пристально смотрю на проводницу. Она улыбается улыбкой учительницы в школе для детей-даунов. Нежно, мило и снисходительно.

  • Я умер, ведь так?
  • Да, сэр.
  • А почему я этого не помню?

А я ведь действительно не помню. Я помню, как днем раньше вернулся домой, лег спать. Помню, как проснулся, пусть и лицом в коробочке с гуашью. А дальше – пустота.

  • Здесь три варианта, сэр. Если вы умерли во время сражения, в сексуальном возбуждении или под водой, то вы этого не запомните.

Сказано холодным, с ноткой угрозы голосом. Я не знаю, почему.

  • После прибытия в Чистилище, на остановке к каждому пассажиру данного рейса будет приставлен проводник с документами. Если вы – грешник, то после окончания необходимых процедур мы еще с вами встретимся. Конечная остановка автобуса 410 - внешняя граница ада.

Я вхожу в состоянии болезненной апатии. Смерть – неприятная новость, но мне нечего сказать.

  • Ах да... в Чистилище вы сможете попросить проводника провести вас в инфоцентр. Там вам дадут доступ к вашему жизнеописанию, и вы сможете узнать, как вы умерли. А теперь простите, мне нужно обойти остальных пассажиров. Если вам понадобится помощь, скажите.

Я промолчал и отвернулся. За окном – тьмa.

Анонимус Сб 29 августа 2009 18:56:04 №802334
Проводница отходит, и я оставлен самому себе. Как я умер? Интересно, но не настолько важно. Так или иначе, я умер.

Автобус выезжает из тоннеля.

Это происходит внезапно. Автобус мгновенно заполняется солнечным светом. Кто-то вскрикивает от неожиданности. Вокруг – поля. Желтые пшеничные поля под синим небом. У горизонта виднеются горы, с белыми, заснеженными верхушками. Люди восхищаются видом.

Я улыбаюсь. Я понимаю.

Эти поля – картина. Эти горы – картина. Это небо – картина. Безумно красивые картины. Но с едва заметной ноткой фальши.

Я снова осматриваю автобус. Он настоящий, и пассажиры настоящие. А вот проводница – нет. Она декорация. Или нет? Я чувствую фальш, но другую, не столь явную, как в нарисованных вселенской акварелью полях.

Автобус начинает трясти – мы едем по щебню. Я ненавижу тряску. Ненавижу стук зубов.

Сценарий за окном меняется. Появляются зеленые холмы. Мне хочется послушать музыки.

Громкий, низкий голос водителя сообщает, что до Чистилища – десять минут.

Анонимус Сб 29 августа 2009 22:11:25 №802913
...


Автобус вьежает в условное Чистилище. Огромная, старая автобусная станция. Сплошной бетон. Повсюду – люди, люди в белых одеждах, люди с табличками, женщины, старики, мужчины. Изредка – дети.

Много одинаковых автобусов с одним и тем же номером – 410. Рядом – вокзал, огороженный от станции неким подобием стены с КПП.

Автобус катится по щебню. Пассажиры встают, толпятся в проходе между креслами. Всем интересно, что их ждет. Первичный страх прошел. Все смотрят вперед, все ждут, когда откроются двери.

Автобус останавливается.

Я жду, когда большая часть уже выйдет.

Когда я прохожу мимо водительского сиденья, я вижу, что оно пустое.

А какая, впрочем, разница? Если водительское сидение пустое, то либо оно всегда было пусто и автобус ехал на автопилоте, либо водитель просто вышел из автобуса.

Я выхожу из автобуса с последними пассажирами. А когда я спускаюсь и оказываюсь на серой бетонной платформе, то люди отстраняются. Я не могу различить их лица, они размыты. Словно ходячая декорация. Небрежно набросанный задний план. Недоделанный карандашный набросок.

Затем я замечаю проводника. Это женщина, невысокая, с странного, сероватого оттенка волосами. Даже серебряного. Одета в военную униформу стройбатов. С ребристыми, на манер козлиных рогами.

Демон, как было бы логично предположить.

Анонимус Вс 30 августа 2009 12:36:19 №804142
Я думаю на удивление быстро. Наверное, это влияние послесмертия. Если меня встречает демон, то, скорее всего, я направляюсь в ад. Или не направляюсь. Возможно, что проводники – всегда демоны. Возможно, что она вообще не демон, и рога ничего не значат.

  • Здравия желаю! Элизавель, демон второго уровня доступа, отдел логистики третьего круга второго сектора! Я буду сопровождать вас в Ад!

Чтоб тебя. Одновременно она пихает мне пачку с документами и показывает на пафосную, с позолоченными краями бумажку.

  • Что это?

Я не понимаю языка, на котором написан документ. Похоже на латиницу, но слова мне неизвестны. Демон, или демонесса, я не уверен, неуверенно улыбается. Она смотрит сначала на бумажки, а потом на меня.

  • То есть, вы не понимаете, на каком языке написан... этот документ?
  • Да.

Она поднимает глаза к небу, словно в поисках поддержки. У нее багровые глаза.

  • Как я умер?
  • Простите?

Она смотрит на меня недоуменно.

  • Как я умер? При каких условиях? Что со мной случилось?

Мой проводник улыбается, хитровато. Мне это не нравится.

  • Тебе наверняка сказали в автобусе, при каких обстоятельствах люди не помнят свою смерть. Звучит смешно, правда? Но смысл у этих правил есть. Правда, они слишком абстрактны, но, однако, они созданы, чтобы душа в результате шока не разрушилось, не стало пустым облачком энергии.

Ну и бред.

  • Что?
  • Ну, на примерах... если ты пошел на войну, то обычно ты хватаешся за мысль о победе. Вожди обещают тебе стать богатым! Иметь власть! Но если ты умер на этой войне, то это шок. Это смерть надежд. Поэтому твоя память сотрет такой участок. Про утопленников – это очень старое условие, особенность физической формы души. Ты бы появился в послесмертии с водой в легких. И тоже разрушился бы. Твое тело еще помнит условия земной жизни.
  • А сексуальное возбуждение?
  • А ты представь, какой это позор – умереть во время секса!

Анонимус Вт 01 сентября 2009 16:03:21 №808395
Она машет рукой, приглашая меня пройти вперед. Демонесса движется широкими, резкими шагами, и мне приходится ее догонять. Люди вокруг размазаны. Их много – но никакой толкотни нет. Вокруг меня зона пустоты, и вокруг проводника тоже. Она постоянно говорит, словно дышать вообще не должна. Хотя, почему «словно»? Может ей действительно не надо дышать.

  • В послесмертии все такое. Здесь миллион правил, странных, непонятных, написанных Распределителем и, соответственно, неизменных. Такая вот хитрая бюрократия. Хорошо что хоть и ад, и небеса свободны от таких вот условий уже три тысячелетия. Я служу уже два века, но даже половины всего не запомнила! Зато кормят вкусно. Мы не умираем от голода, но чувствуем его, и демоны, и небожители, и обычные души. Тут мало собственно физических ограничений, поэтому выращивать можно почти что угодно почти где угодно, но в аду почвы не очень, приходится договариваться с администрацией чистилища о использовании земель тут, в серединном пространстве, ну, между адом и небесами...

Мы ходим между железных навесов, между пустых ларьков, между заколоченных окошек с надписями «билеты» на разных языках.

  • А можно мне все-таки узнать, как я умер?

Терпение – это важно, но мне надоело.

  • Сейчас, сейчас... вон там инфоцентр.

Она тычет пальцем в сторону КПП у стены, отделяющей вокзал от автобусной станции. Туда стекается людская толпа. Мне думается о свиньях, идущих на убой, но сравнение некорректно. Они и так все мертвы.

...

Анонимус Вс 06 сентября 2009 13:08:26 №817382
...

Я смотрю по сторонам. Моя проводница ругается с кем-то в маленьком окошке. Наверное, бюрократы – они и здесь бюрократы. Она на удивление маленькая, Элизавель. Когда она отходит от окошка и подходит ко мне, на ее лице неприятная улыбка, в руках - толстая папка.

  • Это – твое жизнеописание. От рождения до смерти. В добавок – резюме, вердикт, и список правил, которые тебя затрагивают. Сухая, максимально сжатая писанина.

Она раскрывает папку и быстро-быстро листает бумажки, исписанные мелким шрифтом.

  • Интересная личность ты.
  • Что?
  • Интересная личность.
  • Я знаю.
  • Скажем, тут сказано, что ты – художник, который черпал вдохновение в личном мазохизме. Ну, и основное правило, с этим связанное – ты не чувствуешь боли. Ну, в этой реальности.

Я не слышу конец фразы – я заламываю себе палец. Не рассчитав силы, я ломаю его с неприятным хрустом. Я чувствую свое прикосновение и что-то, похожее на щекотку.

Боли нет.

А через пару секунд палец самопроизвольно выправляется.

Я изумленно смотрю на свою руку.

  • Се ля ви. Или, если правильнее, тел ля мор. Тут каждому – свое наказание. Добро пожаловать в ад.

Анонимус
Я бью ее по лицу. Сильно, кулаком, с размаху, под опасным углом. На правах экспремента.

Вскрикнула вполне естественно и сочно.

Она резко встает с земли, стряхивает пыль с формы и смотрит на меня с укоризной.

Потом - подходит и резко кладет ладонь мне на живот.

Мне щекотно. Я смотрю на тонкую, женственную ладонь на моем животе. Хорошо, что я худой, иначе было бы стыдно.

А потом меня отбрасывает.

Я пролетаю метров пять, не меньше. На месте живота – сквозная дыра. Разорванные кишки выглядят довольно забавно. Кровь течет, но медленно и неохотно.

И, боже, хоть бы грамм боли.

А когда дыра радиусом с футбольный мяч начинает пусть медленно, но уверенно зарастать у меня на глазах, я теряю сознание.

А что еще мне оставалось делать? Сказать «вау»?

...

Я открываю глаза. Как в прошлое отбросило – снова раздражающая белизна, люди, улыбчивая проводница и приглушенный грохот двигателя.

  • Внимание всем пассажирам, автобус направляется в Ад! Конечная остановка – Стиксов пролив перед Лимбом. Дальнейшие инструкции вы получите там...

Дальше я не слушал.

Элизавель сидит рядом. В руках у нее папка с документами – мое досье. И вдруг она смеется. Пугающе смеется.

  • Знаешь, от чего ты умер, недогрешник? Ты отрезал себе половой орган под наркотой, впервые вмазавшись за 26 лет жизни, и мгновенно схватил передоз. Внезапно и быстро! Просто прелесть.
  • Как вариант, я мог бы проработать всю жизнь и умереть в окружении отпрысков, ожидающих долгожданного наследства. Только зачем?
  • Да уж. Зато институт закончить успел.
  • Отстань.

У меня не получается даже обидеться. Никаких эмоций. Ну разорвала живот легким прикосновением, ну не умер. И что? Я смотрю в окно. За стеклом – поля Чистилища, с безызменной артистической фальшивостью, отличающую пусть и безумно красиво нарисованную картину от реального мира.

Анонимус Пн 21 сентября 2009 20:13:13 №845661

410 alt part.jpg

не осилен вордфильтр ;_;